Ненавидеть устал этот дом.

И в мечтах молодых и свободных возник

Тайный Рай из металла с огнем.

Они здесь были телом, душой далеко,

Где свобода мерещилась им,

Где сердцам молодым, что поранить легко,

Не диктуют биения ритм...

"Там не ставят всех в строй, марширующий в Ад

Под прикрытием шествия в Рай,

Там свободу дают для себя выбирать,

То что нужно, и могут всё дать.

Там закат пламенеющий входит в сердца,

Всё сжигая, что их тяготит,

Там свободу, что в счастье не знает конца,

Не пленит красных стен монолит..."

Злость всё больше была, и сильней с каждым днём,

В кровь как будто добавили соль:

"Что забрали у нас, мы стократно вернем,

Роковую сыграем мы роль...

Мы туда прилетим, где душою живем,

Словно призраки красной чумы,

А потом, напитавшись нездешним огнем,

Станем счастливы истинно мы..."

Вечер тьмою укрыл несогласных со днём,

Фонари осветили асфальт,

В городской тишине всё наполнилось сном,

Но не спали глядящие вдаль...

Вечер этот последним остался для них,

"До" и "после" собой разделив,

Перед ними фантом херувима возник,

В ложный Рай за собой поманив.

Звук металла бунтарски звучал в мастерской,

Где рождался наивный их план,

Если кровь горяча, закипеть ей легко,

Дерзких звуков унес ураган...

Ночь укрыла всех тьмой, даже тех, кто не спал,

Примирила страданье и смех,

И во снах непокорной четверке послал

Бог виденье последних утех.

Утро свежей волной окатило друзей,

Сон смягчил их вечернюю злость,

Может, пусть всё идет по знакомой стезе?

Нет, терпеть слишком долго пришлось...

Сердце бешено билось, когда в самолет

Проносили обрезы они,

Но тогда их, конечно, никто не найдет,

Всё же были спокойней те дни.

Время долго тянулось, сердца изводя,

План давил тяжким бреном на них,

Но конец ожиданьям приходит всегда,

В горле ком разрывается в крик...

...Вот один из них вышел, ко всем обратясь

С дрожью в голосе:

"Рейс обречен!..

Будет всё хорошо, только слушайте нас!

Курс на Запад теперь обращен..."

А в кабине пилотам указывал курс,

Тот, что в картах не смыслил почти,

Что они не боялись, сказать не берусь,

Но уж знали-юнцам не уйти!

На земле уже знали о бунте небес,

План недолго рождался в умах:

"На том свете и в тюрьмах достаточно мест

Несогласным жить в красных стенах..."

Вдруг четверка почуяла - что-то не так,

Рано явно садиться ещё,

Страх ударил им в головы, как кислота,

Только путь ещё не прекращён...

...Вот ворвались в салон люди в форме страны, Что всех красила красным подряд,

Двое здесь замолчали из тех четверых,

И двоих увели в тюрем Ад...

В это время "Led Zeppelin" видели лишь

Не познавших преград красных стен,

Если ты не зажжёшься, то ты не сгоришь,

И другого распнут на кресте...

Посвящается событиям 2 ноября 1973...