С лёгким треском и пощёлкиваньем ливень,
Точно пламень, по листве перебегал,
Слабый стволик – то ли липин, то ли сливин, –
Словно ладя тетиву, перегибал.

Ливень пел; как в тигле, плавился в кювете,
Расползался, блеском улицы залив,
Расплетал, сплетал болтавшиеся плети
Длиннолистых, без того плакучих ив.

Барабанил по наличникам железным,
По навесу жестяному колотил,
Был он летним, плодоносным, полновесным –
И светлел, и затихал, и уходил.

И по уличным разливам, переливам
Плыли отсветы – следы его затей.
И сиял июль, сиял, как перед ливнем,
Но – серебряней, хрустальней, золотей.

Любовь Сирота

Лето миновало свой зенит.
Время начинается иное.
Скоро отсверкает, отзвенит
Колокол неистового зноя.

Сумерек прохладных благодать
Мягко опускается на плечи.
В них уже нетрудно угадать
Сентября прозрачные предтечи.

Я люблю нечёткий переход
От разгара августа – к развязке,
Плавный спуск с блистательных высот.
Перемены в лиственной окраске,

Где ещё едва-едва видна,
Словно первой мудрости примета,
Первая желтинка-седина
В густо-буйной шевелюре лета.

Не начало осени – всего
Лишь намёк, расплывчатый и зыбкий.
…Возраст мой, как в зеркало, в него
Смотрит с долгой-долгою улыбкой…

Любовь Сирота